Словарь языка произведений Распутина Валентина Григорьевича

Страдова́нье, -я, ср. Диал. Тяжёлая работа, страда.

Ждать сенокоса, затем уборки, потихоньку готовиться к ним и потихоньку же рыбачить, поднимать до страдова́нья, не надсажаясь, подступающую день ото дня работу — так, выходит, и жили многие годы и не знали, что это была за жизнь.

(Прощание с Матёрой, с. 247)

Укладка сена в стога жителями села Одон Тулунского района Иркутской области.

Фото:  Г. В. Афанасьева-Медведева, 2011 г., личный архив

Но ещё сумела, всплеснулась жизнь в Матёре — когда начался сенокос. Кормов по новым угодьям было не набрать, да их и не было ещё, новых-то угодий, двинулись в последний раз на старые. Пришлось совхозу расползаться опять по колхозам — кто где жил, туда на страдова́нье и поехал.

(Прощание с Матёрой, с. 274)

Народное слово 2, с.217-218

СТРАДА, ВЫСТРАДАТЬ В ГОВОРАХ БАЙКАЛЬСКОЙ СИБИРИ

Деева Анна Ивановна (1928 г. р). Село Подымахино Усть-Кутского района Иркутской области.

Фото:  Г. В. Афанасьева-Медведева, 1948 г., личный архив

А жнитво пойдёт, родители на поле, пока не вы́страдают. Потом уж страда́ закончится, их дома токо увидишь. А так на жнивье. С утра до ночи вяжут. А раньше попробуй колосок оставь! Чё было?! И судили, и всё делали. Так мы опеть за матерями-то и колоски собирали, чтоб на поле не осталось. По всему дню босиком, все ноги всё исколешь.

[— А раньше жали серпами? — Собир.].

Серпами. Я вот здесь жила, это жали, где лежанки ли чё ли, а кода эти, так-то вязали за машинами, были лобогрейки, как вот ручни клали. И были эти жатки. Я сама эти ручни ети ложила.

[— А нужно было потом успеть связать? — Собир.].

Связать эти снопы-то, в суслоны составить, подобрать. Как же! Там ночи не спали, не спали. Там столь работы было! Мы кода в Тушаму приехали, и там вот так же.

День вяжу-вяжу, а потом вечером или кода мама придёт, поможет мне где поскрести, где чё. По двести с лишним суслонов навязывали. Я уж забыла, то ли по семь ставили, то ли по девять этих снопов в суслон. Счас забыла.

[— Вот эти суслоны свяжут, а потом? — Собир.].

За день-то навяжешь, вот набросашь, подстать же большая. Как глянешь, аж самой страшно! Их как гусей! Вроде порядками идут. Ага. А потом наставишь их, наставишь суслонами, а кода кончишь работу, прибежишь домой, поужнашь — и в ночь опеть класть.

Клади были, скирды-то вот эти, клади. До двух, до трёх часов опеть клали, таскали на носилкаф на пару. Накладывашь, и таскали. И складывали. А потом возили осенью, зимой-то, молотили на гумно. Вот так. А больше никак, силы-то не хватало сразу их увозить — оне в поле стояли (…)

[— Жнитво пойдёт, говорите, и все на поле, пока не выстрадают. Это как понять? — Собир.].

Ну, страда́ же, вы́страдать, ну, всё сделать, выкосить надо всё. Мы-то говорим вы́страдать, страду́ ́надо же закончить.

Записано в 2010 г. Афанасьевой-Медведевой Г. В. от Раисы Алексеевны Анкудиновой (1935 г. р.), проживающей в с. Кеуль Усть-Илимского района Иркутской области.

Словарь 10, с. 111-112

Уроки французского

Живи и помни (авторский сборник)

Автор: Валентин Распутин

Жанр: Русская классика

Язык оригинала: русский

Дата первой публикации: 1973 год

Количество страниц: 15

«Уроки французского» — рассказ русского писателя Валентина Распутина. Впервые появился в 1973 году в иркутской комсомольской газете «Советская молодёжь» в номере, посвящённом памяти Александра Вампилова. В произведении Валентин Григорьевич Распутин фактически рассказывает о себе, о своей жизни, о своих взлётах, падениях.

Читать