Словарь языка произведений Распутина Валентина Григорьевича
Человек
Природа
Хозяйство
Постройки
Промыслы
Культура
ПредметХлобыстьё
, -я, ср. Диал. То, чем можно хлестнуть: кнут, прут, палка и т. п.
. Буряты. 1962 г. 1962 г._1.jpg)
Ташуур (кнут). Бурятская плеть для управления лошадьми, 1962 год.
ИОКМ, ф-14800-218-10
— Ой, летит, летит! А как не успела затвориться да за огороды убежать — коня на дыбы поставит, он, конь-то, передние ноги за заплот свесит, а сам [председатель] каким-то хлобыстьём по окошкам пройдётся и кричит: «Марья-а!» — Они все за ним дурноматом: «Марья-а!» — «Ежели четверть самогонки сей же час криволуцкому народу не представишь — раскатаем твою избенку до брёвнышка и тебя по миру пустим». И они тем же макаром.
— И представляла? — спрашивал я.
— А было.
(Тётка Улита, с. 154)
Народное слово 3, с. 376
ХЛОБЫ́СТЬ В ГОВРАХ БАЙКАЛЬСКОЙ СИБИРИ
Война! Нас четверо сестёр было, я. Ну и летом мы вдвоём с матерью косили сено, коров держали чё-то две-три коровы там, только етим молоком жили. Ну, правда, карточки давали. По карточкам давали на кажного едока там двести грамм, на рабочего — пятьсот грамм.
Ну а летом на покосе все работаем, для монгольского скота сено готовили. Я гусевила, копны возила, на граблях грёбла.
[— …А что такое гусевил? — Собир.].
Счас-то на двух конях косют без гусевика, а раньше ешшо третий конь был, гусевой он. Вперёд идёшь и смотришь: там кочки или чё ли не валяется на прокосе-то. Вот и смотришь, где это. Ну и лошадям легче было: всё-таки три — не два.
Ну и всё лето работали. Себе надо накосить. Ну, себе как-нибудь всяко-разно накосим с матерью, ну, там, в поле, прямо смечем, а зимой вывозим её.
Сначала я не умела возы-то ложить, ну, наложу где криво. А там местность — кочки всё. Ну и мама идёт взади, вилы на плече у неё, а у меня кони, управляю ими, два коня. Где воз опрокинется, она меня… подойдёт, молча — хлобы́сть! — мне по горбушке. Ничё не скажет, я тоже молчу (…).
[— …А как воз назывался? — Собир.]
Ну, как воз. На сани ложишь сено, воз называется. Его ложишь, потом бастриком затягивашь, чтобы он никуда не расползался. Вот воз опрокинется — он даже ничё, если он под бастриком. Его подымешь, и он опять едет.
Ну а потом уже на другой год научилася воза ложить, дак как игрушечка, как коробочка вроде. На одной кочке опрокинется, на другой подымется. Вот так вот.
Записано в 1988 г. Афанасьевой-Медведевой Г. В. от Степана Иннокентьевича Полубенцева (1926 г. р.), проживающего в д. Зактуй Тункинского района Бурятии.
Словарь 12, с. 367-368
