Словарь языка произведений Распутина Валентина Григорьевича

Была она [Агафья] высокая, жилистая, с узким лицом и большими пытливыми глазами. Ходила в тёмном, по летам не снимала с ног самошитые кожаные чирки, по зимам катанки. Ни зимой, ни летом не вылезала из телогрейки, летом — закутываясь от мошкары́, от которой не было житья, пока не вывели её, чтоб не кусала наезжих строителей Братской ГЭС.

(Изба, с. 358)

Народное слово 2, с. 232

МОШКАРА́ В ГОВОРАХ БАЙКАЛЬСКОЙ СИБИРИ

Раньше же рано детей приучали к работе. Ходить начинал — всё! Я чуть ли не с пелёнок овец пас. Мамка у нас за овцами ходила. Это было сорок седьмой год, сорок шестой — сорок седьмой, после войны сразу, в конце войны она стала за ними ходить. И старшие братья, один с тридцать третьего, другой с тридцать шестого, оне тоже пасли овец. И называлось там Косачёво болото, большо-о, косачи велися. И туда мы овец гоняли, и там была большая стайка и было зимовьишко небольшое. А комары были, мошкара ́— страшно дело! Заедали! Вот на болоте комары — всё! Но вот мы втроём, мне было шесть лет. Овцы-то, им надо жрать, оне же ешшо в лес, от мошкара́ оне же в лес бегут, их же нельзя отпустить-то в лес, а растеряем — потом куда? Братья мне говорят:

— Вот ты здесь карауль, а мы будем там по кочкам ходить, по болоту, по лесу. Ты вот здесь сиди.

Записано в 2008 г. Афанасьевой-Медведевой Г. В., Деменковой Г.С. от Анатолия Ильича Коновалова (1940 г. р.), проживающего в с. Березняки Нижнеилимского района Иркутской области.

Словарь 6, с. 42-43