Словарь языка произведений Распутина Валентина Григорьевича

В воздухе стоял сплошной гул от мухоты́; от дыха низкого вечернего солнца похаживал по сеннику, по сухому, измятому в лепёшку прошлогоднему накосу, слабый ветер. И мать кричала с крыльца, растягивая «а»: «Томка-а-а!», прерывая себя коротким и нетерпеливым на «о»: «Томка, лешая, куда ты запропастилась!»

(Дочь Ивана, мать Ивана, с. 207–208)

Народное слово 2, с. 233

МУХОТА В ГОВОРАХ БАЙКАЛЬСКОЙ СИБИРИ

Много лодок на Байкале стояло. Весело было вечерам! Даже гармошки с собой были. Ребята, молодёжь поют! И ребята гребцами ходят, молодёжь. И поварихи, две поварихи. Я дак вот одна ходила, молоденькая тоже была, в лодке одна поварихой была. Всё надо сделать: посуду вымыть, рыбы начистить, наварить, нажарить. Ну, вот эти жаровни были большие, омуль жирный был, его жарили (счас он худой омуль, никакого вкуса в ём нету). Тогда рыба один жир был. Его и жарили, и варили, и на рожнях жарили. И посуду надо вымыть, и в лодке надо вымыть. Чистота чтоб была. Мухота́-то была!

Записано в 1983 г. Афанасьевой-Медведевой Г. В. от Ивана Ивановича Аверина (1929 г. р.), проживающего в с. Колесово Кабанского района Бурятии.

Словарь 5, с. 77