Словарь языка произведений Распутина Валентина Григорьевича

Мо́рда, -ы, ж. Диал. Рыбол. Рыболовная снасть в виде круглой узкой корзины с воронкообразным входом, сплетённая обычно из ивовых прутьев.

Михеич по-стариковски признавал только мо́рды, от всякой другой рыбалки он отошёл.

(Живи и помни, с. 177–178)

А ещё: капканы, петли, плетёные мо́рды, лыжи, другие охотничьи и рыбачьи снасти, всякий мастеровой инструмент. Что перебирать всё это, что сердце казнить! И никому не продашь, не отдашь, у всякого та же беда: куда девать своё?

(Прощание с Матёрой, с. 248)

Умела она [Агафья] справлять любую мужскую работу — и сети вязала, и мо́рды для заездков плела, беря в Ангаре рыбу круглый год, и пахала, и ставила в сенокосы зароды, и стайку могла для коровы срубить. Только что не охотилась, к охоте, даже самой мелкой, её душа не лежала. Но ружьё, оставшееся от отца, в доме было.

(Изба, с. 359)

Народное слово 2, с. 229

Спрятался в кусты и всё увидел. И потом сказал. А подсмотрели ребятишки, оне недалеко там пахали, оне подсмотрели это дело. Пошёл дальше. Здоровый такой мужик был. Пошёл дальше и выругался:

— У-у-у, шёрт! Тьфу, тьфу, у-у-у, шёрт!

Потом говорит дома:

— Ну, я Кузьму захватил, он мо́рду высмотрел. Я его всячески выругал.

Выругал, шёрт сказал.

— У-у-у, шёрт!

Чёрт. Не ругались старые-то, вот не принято было матюгаться. Это уже потом, всё потом.

[— Значит, высмотрел мо́рдочку — это означает своровать, да? — Собир.].

Да-да-да! Ворует рыбы: вытряхивает её из мо́рдочки, из ловушки-то.

 Записано в 1998 г. Афанасьевой-Медведевой Г. В. от Анны Григорьевны Каверзиной (1929 г. р.), проживающей в с. Бунбуй Чунского района Иркутской области.

Словарь 10, с. 81